1946 ГОД ФОРТ-МОНМУТ, НЬЮ-ДЖЕРСИ
Вы слушаете «Голос Рейха» на частоте 1030 АМ.
НАЦИСТСКИЙ АМЕРИКАНСКИЙ РЕЙХ
В измученную войной страну наконец-то пришел мир,
и благодарные американцы от Бродвея до Мейн-стрит
приветствуют своих немецких освободителей.
Эрвин Роммель, недавно назначенный рейхсмаршалом,
вышел на улицу, чтобы поприветствовать восторженных жителей Америки.
Граждане по всей стране приветствуют возрождение местной инфраструктуры,
воду в их кухнях и ванных, электричество в любое время суток
и ежедневные поставки продуктов питания
от изобильного и щедрого Рейха.
Граждан-добровольцев приглашают присоединиться к...
Поставь музыку, а? Что угодно, кроме этого.
Оставь. Нам нужно знать новости.
Даже их новости.
Я не могу успокоить Томаса.
Это голод.
Он уже даже грудь брать не хочет.
Мы справимся.
Это он.
Ты не пригласишь меня войти, Джон?
- Привет, Майк. - Хелен.
Вольно.
Бери.
Ну же, не глупите. Ешьте.
Давай, Хелен. Ну же.
Разогрей это.
Я только что из Вест-Пойнта, где прошла передача контроля.
Паттон пожал руку Герингу.
Всё улажено.
Первые, кто запишется в армию, получат еду и хорошие посты в Рейхе.
Те, кто воздержится, ничего не получат...
или же умрут.
Нам нужно явиться на службу завтра
в 6.00.
Тебе решать.
Это лишь клочок материи.
Это не значит, что мы в него верим.
Мы это сделаем. Мы будем выжидать...
Убеждай себя в этом, приятель.
Мы можем сразиться с ними. Джон, говорят, что Айк собирает ополчение...
Мы все видели эту бомбу.
Взрыв был похож на тысячу солнц.
Что вообще нужно, чтобы создать нечто подобное?
То есть
какого рода воля?
Какого рода предвидение?
Это преступление, вот что это!
Мы бы тоже создали ее, если бы могли, но мы не смогли.
Так ведь?
Нет, всё кончено.
Уже всё.
Мы проиграли.
В критический момент всё просто...
развалилось.
То, что у них есть, - это...
Это действует.
А как же мы, Джон?
Что будет с моей семьей в Рейхе?
Не знаю.
Тут мало.
Ладно.
Бери это и уходи.
- Куда мне идти, Джон? - Как можно дальше.
Я помню времена, когда мы бы умерли друг за друга.
Всё это нелегко.
Но это правильно.
Это ради нас.
ЧЕЛОВЕК В ВЫСОКОМ ЗАМКЕ
Снова откройте портал через двое суток.
Да, сэр.
НЕ ВХОДИТЬ ХОДА НЕТ
ГОРЫ ПОКОНО ПЕНСИЛЬВАНИЯ, США
БЕЙЛИС-КРОССРОУДС
Они здесь, детка.
Брат Дарий,
это Илайджа.
- Очень приятно. - И...
Белл. Мэллори.
Молтон, Алабама.
Верно.
У тебя хорошая память.
Я помню каждое имя, каждое место.
Ты сделала себе имя, Белл Мэллори. Да и все вы.
Что ж, господа, у нас тут листовая капуста,
спаржевая фасоль, ямс,
немного кукурузного хлеба и сладкий зеленый чай.
Ты правда думаешь, что этому адмиралу можно доверять?
Он военный.
Он будет действовать по приказу императорской семьи.
Наверное, ему будет нелегко это переварить, но...
он тоже рискует.
Есть ли хоть какая-то возможность сохранения мира?
Это временное перемирие.
Я хочу сказать,
думаешь ли ты, что они согласятся на наши условия?
Это первый раз
в Америке,
или в ТЯШ,
или в Рейхе,
когда кто-либо вел переговоры с черным человеком как с равным.
Если сегодня мы уйдем только с этим,
это уже будет победа.
Помню первый раз, когда я открыл ящик с этими китайскими автоматами.
Я поднял один из них.
Он был такой темный, тяжелый, весь в масле.
Боже, это ощущалось как...
сила.
Точно, брат.
И с того момента я мечтал об одном -
о дне, когда я смогу сложить это проклятое оружие.
БЕЙЛИС-КРОССРОУДС ВИРГИНИЯ, США
Джон?
Хелен.
Я думала, ты вернешься только в воскресенье утром.
Что ты здесь делаешь?
Я просто хотел сделать тебе сюрприз.
Нет, я подумал, что Гринсборо может подождать до понедельника.
Мама всегда говорила, что надо выходить за мужчину с амбициями.
Я знаю, зачем ты вернулся.
Так Томас, значит...
Сегодня суббота, не забыл?
Он вернется примерно через 45 минут.
Нам как раз хватит времени.
Я гляжу, ты подстригся.
Ты седеешь.
Правда?
Кое-кто голоден.
Яичница очень вкусная.
Тосты скоро будут готовы.
Я пойду оденусь.
ПРЕМЬЕРА «СЕМЕЙКИ МОНСТРОВ» ЖУТКОЕ ВЕСЕЛЬЕ ДЛЯ ВСЕЙ СЕМЬИ
МЕСТНЫХ РЕЗЕРВИСТОВ ПРИЗЫВАЮТ НА СЛУЖБУ ВО ВЬЕТНАМ
Привет, папа.
Ты почему уже дома?
Папа? Что происходит?
Разве...
Не обращай внимания на папу.
Я просто хотел посмотреть на тебя.
Боже, ты же только что видел меня.
Да.
Просто ты так вырос.
Да.
Такой высокий.
Да.
Иди, присядь.
Составь мне компанию.
Быстро вы.
Мы ехали так быстро, как только могли без риска быть остановленными.
Значит, санки Санты в переулке, и в них полно игрушек.
Премного благодарен, сэр.
Послушай...
Я получил это сообщение, когда был в дороге.
Появилась женщина, называющая себя Джулианой Крейн?
И это показалось невозможным, да? До сих пор так кажется.
Но смотри сам.
Союзники могли поставить их к стенке и расстрелять их.
Так всегда делалось в конце войн.
Но они решили сделать нечто иное.
Они устроили им справедливый суд.
Нацисты не заслуживают суда.
Они были преступниками.
И, как только их вызвали на трибуну,
весь мир увидел, кто они такие.
Их преступления были чудовищны,
но это были слабые, ничтожные люди.
Они...
Они придумывали оправдания.
Заявляли, что ничего не знали, что не могли остановить происходящее.
Расскажи им, что случилось с Гитлером.
Он спрятался в бункере.
Потом выстрелил себе в голову.
Это кажется невозможным.
Сном.
Если их можно было победить в том мире - то можно и в этом.
Иногда я задавалась вопросом,
вышел ли ты вообще из того туннеля.
Я был уверен, что ты мертва.
И... я не мог с этим смириться.
Я знал, что фильмы были важнее всего для тебя, для нас обоих,
так что...
Я приложил все свои усилия, чтобы доставить их.
Патрули Рейха.
Я почти забыла этот звук.
Здесь мы в безопасности.
- Прости. - Я понимаю.
Просто больше ничего не закреплено...
на месте.
Знаешь...
Всё неустойчиво.
Будто всё стало просто...
отражением отражения.
Ты понимаешь, о чем я?
Думаю, да.
Это как быть в подвешенном состоянии.
Будто каждое существование, такое же реальное, как и другое...
И на каком этапе ты решаешь зацепиться за одно из них?
МОРАГА - ОБЛАСТЬ ЗАЛИВА ТИХООКЕАНСКИЕ ЯПОНСКИЕ ШТАТЫ
Это он, Илайджа.
Не выключай двигатель.
Оставайся у машины.
Посигналь в случае неприятностей...
потом прикрой меня.
За мной.
Мой отец хотел, чтобы я стал кузнецом.
Если ты пришел сюда в ожидании выгоды от вашего недавнего нападения,
тебя ждет разочарование.
Я стараюсь не питать надежд.
Таким образом меня нельзя захватить врасплох.
Я хочу лишь предупредить вас.
Если вы продолжите совершать эти акты терроризма,
Япония бросит все свои вооруженные силы в атаку на ЧКВ.
Мы научились террору у вашей Кэмпэйтай.
Вы просто злитесь, что потеряли монополию на насилие.
Я пришел не лекцию слушать.
Вы пришли, чтобы выслушать наши аргументы. Я неправ?
Я слушаю.
Против вас восстают по всему миру.
В Индии, в Китае, в Австралии.
Нас миллионы - людей, которым нечего терять, но есть что выиграть.
Подумайте, как яростно придется воевать, чтобы защитить ваши острова, адмирал.
Это наш дом.
Вас привезли сюда рабами.
Никто не страдал за эту страну больше, чем наш народ.
Мы вытерпим всё, лишь бы обрести свободу.
Что вы хотите?
Свободное государство.
Нашу собственную территорию.
Суверенную республику для черных.
В вашем письме вы предлагаете перемирие.
Временное перемирие
в зависимости от того, что вы можете предложить взамен.
Я не вправе ничего предлагать.
Тогда передайте послание наследной принцессе.
Нам нужен знак доброй воли.
Например?
Кэмпэйтай больше не должна проводить облавы в гетто.
Я посмотрю, что можно будет сделать.
Скажите, почему вы не стали кузнецом?
Я узнал, что боюсь лошадей.
По сей день я всё еще страдаю морской болезнью
в первые два дня в море.
Что он сказал?
Он военный, который пытается научиться творить мир, но, по-моему, его мы можем...
Вперед!
Езжай!
Адмирал Инокучи.
Полковник...
Вы арестованы по обвинению в государственной измене.
Вы спятили?
Эквиано Хэмптон мертв.
А адмирал Инокучи?
Он под арестом.
Мы организуем его отправку в Токио,
где он предстанет перед трибуналом флота.
- Я поеду с ним. - Нет.
Его будут судить здесь, в Сан-Франциско.
Императорская семья может не одобрить этого.
Это военный вопрос.
Наследная принцесса не должна вмешиваться.
Ее нужно держать изолированной.
Ради ее же блага.
В Токио будут довольны.
Теперь, когда Хэмптон мертв,
убийцы Тагоми были преданы правосудию.
Я всё еще расследую убийство Тагоми.
Я вроде велел вам закрыть это дело.
Я дал наследной принцессе слово.
Не будем обманываться.
За ваши 15 лет работы старшим инспектором
вы подбрасывали вещдоки,
вымогали фальшивые признания,
казнили подозреваемых без суда.
Вы делали всё это, и почему?
Из верности делу японского Сан-Франциско.
И вы также отдали сына этому делу.
Капитан Иидзима рассказал мне о том, что недавно случилось с Тору
в «Бамбуковом дворце».
Вы выбрали свой путь 15 лет назад, Кидо.
Сейчас уже поздно меняться.
Мне не терпится услышать ваши показания на трибунале Инокучи.
Леон передал вести Совету лидеров.
Они созвали срочное собрание всех ячеек Северной Калифорнии.
Это лучшее, что мы можем сделать.
Японские власти подтвердили, что Эквиано Хэмптон,
лидер негритянской террористической группы «Черное Коммунистическое Восстание»,
был убит вчера ночью в результате смелого налета сил Кэмпэйтай.
Генерал-губернатор Ямори похвалил работу офицеров Кэмпэйтай,
которые незамедлительно отомстили...
Это мы убили его, Илайджа?
Неужели мы так жаждали мира...
Поспешили ли мы? Это мы испортили всё?
Нет, Белл. Он хотел этой встречи.
Он считал, что этим шансом стоит воспользоваться.
Кэмпэйтай ходят из дома в дом, арестовывают братьев,
- забирают их в лагеря у доков. - Просто скажи, насколько они далеко.
При их скорости? Доберутся за двадцать минут, если повезет.
Оружие, еда, боеприпасы -
упакуйте всё и погрузите на грузовики.
Если из этого нельзя стрелять или это нельзя съесть - к черту!
Леон, правда ли то, что говорят по радио об Эквиано?
Ведь я знаю, они лгут. Постоянно.
Может, они лгут и сейчас!
Совет лидеров проводит встречу всех местных ячеек. Надо подготовиться.
Но он жив, верно? Он вернется вместе с Белл и Илайджей.
Он не вернется, Бенджи. Он мертв.
Давай вычистим это место. Нам нужно отсюда убираться.
А он?
- Избавимся от него. - Подождите.
Подождите, что значит «избавимся от него»?
- Я помог вам. - Ты подставил нас.
Нет! Откуда мне было знать? Я никого не подставлял.
Может, подставил, может, и нет,
но у меня нет ни времени, ни желания разбираться.
Выведи его на улицу. Без шума. Возьми это.
Подождите минуту. Подождите. Мы можем просто подождать...
Пойдем.
Иди!
Послушай меня...
Ты не обязан этого делать, понимаешь?
Ты не обязан этого делать.
Что тебе нужно?
Тебе нужны деньги? У меня есть деньги.
Заткнись.
Ты не можешь меня купить.
Хвастаешься своими деньгами,
жадный ты сукин сын, разбогатевший на продаже барахла япошкам!
Нет, я не так выразился.
Я не богат. Я вовсе не богат.
Я просто...
Я просто человек.
Я человек, такой же, как и ты.
Как тебя... Тебя зовут Бенджи, да?
Верно, правда? Бенджи? Послушай, Бенджи...
- Бенджи, ты не обязан этого делать. - Заткнись!
О боже. Пожалуйста, это не...
На колени.
О боже, нет! Умоляю!
Умоляю, подожди. Подожди. Пожалуйста.
Дай мне минуту. Прошу тебя.
Что ты делаешь?
Дай мне руки.
Чёрт! Для чего это?
Иди.
Иди! Ну же, беги.
Я не хочу тебя здесь больше видеть.
Спасибо.
Что ж.
Отлично.
Не хочешь ввести нас в курс дела?
Да. И ее тоже.
Скажу честно, я... Я ей не доверяю.
Пока ей доверяю я, тебе это не обязательно.
Мы три в одном, понятно?
Она, я...
и мой огромный грузовик с гребаным оружием.
Ладно.
У нас ряд операций на этапе планирования.
Ты говоришь о портале?
Да, он у нас под наблюдением,
но... за последний год его хорошо укрепили,
и если мы двинемся на него теперь, это потребует большой штурмовой силы.
Да, я тоже так думаю.
А Джон Смит?
Его дом - настоящая крепость,
так что нам нужно будет поймать его в дороге,
чтобы попробовать убрать его.
Конечно, это означает, что нам нужны разведданные о его передвижениях.
Когда были сняты эти фото с Хелен?
Весь прошлый год она прожила в Нейтральной зоне с дочерьми.
Мы собирались подобраться к ней.
И что вас остановило?
Мы ожидали вашу поставку, когда Хелен вернулась в Нью-Йорк.
Минуточку. Что она вообще делала в Нейтральной зоне?
Не знаю. Теперь это уже неважно.
Нет, это очень даже важно.
Послушайте, Хелен Смит - женщина, потерявшая ребенка.
Никто не остается прежним, пережив такое.
И очень мало браков, если такие вообще есть, сохраняются без изменений.
И если она уехала в Нейтральную зону, значит, она отчаялась.
И если этот брак дал трещину,
для нас это способ проникнуть к ним.
Это всё - мыльная опера.
Всё это теперь неважно. Мы ее потеряли. Она вернулась к мужу.
Может, она вернулась добровольно.
Может, она вернулась, потому что у нее не было выбора.
Простите. Наверное, произошла ошибка.
Как вы получили доступ к этому этажу?
Никакой ошибки нет, Хелен. Меня зовут Марта.
Я буду вашей компаньонкой.
Что, простите?
Моя обязанность - ненавязчиво сопровождать вас всегда, когда вы выходите на улицу...
ради вашей личной безопасности.
Кто прислал вас сюда?
Мы - служба тайной полиции,
созданная в целях удовлетворения особых нужд первых семей партии.
Но мы можем быть гораздо большим.
Рейхсмаршал вызвал вас сюда, чтобы присматривать за мной,
когда он уезжает из города по делам. Это так?
Или дело не только в этом?
Для многих жен Рейха их компаньонки стали доверенными лицами.
Жена рейхсмаршала может поговорить с очень немногими людьми,
в конце концов.
Скажите тайной полиции, что мне не нужна компаньонка.
Я прекрасно вас понимаю.
Я могу держаться на расстоянии. Вы даже не узнаете, что я рядом.
Этим утром ты так фальшивил.
И почему ты пел по книжке?
Ты знаешь все эти гимны наизусть.
Просто старею, наверное.
Завтрак дровосека с беконом.
Да... черный кофе. Тосты без масла.
Я хотел с тобой кое о чем поговорить
раз уж мы одни.
Ладно.
Говори.
Вчера я говорил со своим вербовщиком.
Послушай, я знаю, ты против этого...
Против чего я?
Чтобы я пошел в армию. В морскую пехоту. На войну.
Против всего этого.
Если ты говоришь о том, чтобы пойти воевать в Индокитай, во Вьетнам...
Да, я против этого.
Мне уже 18, папа.
- Мне больше не нужно твое разрешение. - Ты меня спросил.
Мой ответ очень прост. Я не хочу, чтобы ты шел воевать.
- Но ты сражался с япошками... - Я не хочу снова тебя потерять.
- «Снова»? - Если ты пойдешь -
ты погибнешь.
Почему ты так уверен, что я погибну?
Ты вернулся. Вернулся героем.
В этом всё дело?
Нам, пожалуйста, яичницу, бисквиты и соус каждому.
Вот наши деньги, да еще чаевые.
Послушайте, мы не хотим проблем.
Мы тоже.
Подождите у черного хода.
Я дам вам еды с собой.
Нет, сэр. Мы намереваемся съесть наш воскресный завтрак прямо за стойкой.
Как и все остальные.
Да еще в воскресенье.
У меня респектабельное заведение.
А вы, негры-смутьяны, приходите сюда и злите добрых людей.
- У нас есть право. По закону. - Не вмешивайся.
Есть законы, которые пишут в Вашингтоне,
а есть правила, по которым живут в этом городке.
Есть то, чего не изменить.
Видите, вот что бывает, когда выпустишь их на свободу.
Встаньте и отойдите от стойки, пожалуйста.
И ты тоже, парень.
Пойдем.
Что?
Не знаю.
Я просто удивлен, наверное.
Я думал, ты что-то сделаешь.
Что я мог бы сделать?
Сказал бы что-нибудь.
Сделал бы что-нибудь.
Мы не закон. Хватит, это зависит не от нас.
Просто это кажется таким неправильным.
Вышел закон,
дающий этим людям право есть за стойкой.
И такое по-прежнему происходит?
И на защиту этой системы ты готов положить жизнь, а?
Это система, за которую сражался ты.
И я вернулся героем. Ты так думаешь?
Я считал тебя таковым.
Ты этого добиваешься? Хочешь стать героем?
Хочешь, чтобы твои портреты украшали стены?
Чтобы, может, в честь тебя назвали школу?
Ты всё равно будешь мертв, Томас.
- Почему ты так уверен? - Потому что я такое уже видел.
Я знаю, чем это кончается.
И даже если ты не погибнешь - ты вернешься,
но ты уже не будешь прежним.
Всё это - чушь собачья, Томас.
Это гребаная ложь.
Медали, флаги, гимны,
клятвы верности, свобода.
Я оглядываюсь, но не вижу свободы,
не вижу порядка, вижу один лишь хаос.
Я не вижу ничего, за что стоило бы отдать жизнь сына.
Кто ты?
Томас...
Юкико?
Это ты. Ты здесь.
Чилдэн. Я так волновалась.
Ваша рука.
Всё в порядке. Кровотечение остановилось.
Ее нужно помыть и забинтовать.
Нет, постой. Ты не ранена, верно?
Нет. Я пришла сюда после произошедшего.
Я не знала, где еще вас искать.
Сюда приходила полиция, искала вас.
Они это сделали.
Это была ваза из стекла «фавриль» с анемонами.
Одна из восьми.
Простите. Я не смогла остановить их.
Нет. Послушай, это вообще не важно.
Сидите смирно, Чилдэн.
Прости.
Кэмпэйтай вернется.
Вам надо спрятаться.
Почему он пришел домой пешком?
Мы поссорились. Я наговорил кое-чего.
Я не хочу, чтобы он совершил ошибку.
Какого рода ошибку?
Он хочет пойти в морскую пехоту.
«Чушь собачья». Вот как ты это назвал.
- Томас. - Это лишь разговоры, да?
Всё, на чем ты меня воспитал?
Свобода, Америка?
Это всё - лишь слова для тебя. Ну так я в них верю!
Томас...
Пойти в морпехи - не вариант. Понимаешь?
Ты понадобишься маме.
- Зачем? - Джон, на два слова.
Оставь это. Ему 18.
Ты же знаешь, что если будешь с ним спорить, он упрется рогом.
Оставь это на другой день.
У меня нет другого дня.
Томас, послушай.
Я знаю, что такое верить в свою страну, понимаешь?
Что это? Мы кого-то ждем?
Сегодня игра, Джон.
Привет, приятель.
Ты в порядке? Вид у тебя такой, будто тебе врезали в живот.
Да, я в порядке.
Мы не будем смотреть с порога, как Уай Эй Титтл побьет «Редскинз».
Рад тебя видеть, Дэнни.
- Привет, чемпион. - Здрасте.
Хелен...
ты прелестно выглядишь.
А ты, как всегда, обаятелен.
Что скажешь, Томми? Как тебе наши шансы сегодня?
Ну же, веселей.
Он ездит в такую даль, только чтобы увидеться с тобой.
Можешь сколько угодно звать его сломленным стариком, Джон,
но выставлять Гэри Вуда на замену Уай Эй - это просто преступление.
Если бы не травма, полученная на «Ригли»,
он бы привез титул домой в Нью-Йорк.
Есть такая вещь, как верность.
Правда, Томас?
К тому же если Уай Эй умеет это делать в его возрасте, для нас еще есть надежда.
Ты точно в порядке, Джон?
У тебя такой вид, будто ты покойника увидел.
Прости.
Прошу, извини меня, Дэниел.
Я себя не очень хорошо чувствую.
Джон.
Я пойду.
Нет, Дэн. Прошу, останься. Поужинай с нами.
Всё в порядке, Хелен.
Дэнни...
Ты же знаешь, у меня не было выбора, да?
О чем ты, Джон?
Ты не поймешь.
Прости.
Мы ведь братья, да?
Тебе не за что извиняться.
Я тебя поддержу.
Джон!
Это я. Дэнни.
Дэнни?
Ты должен вытащить нас отсюда.
Задвижка, Джон.
Просто подними ее.
Мы выскользнем по дороге. Никто не узнает.
Выпусти нас.
Просто открой задвижку. Просто подними ее.
Смит.
Ты должен быть на этом совещании.
Прошу тебя, Джон...
Джон, прошу...
Джон, это я.
Это я, Дэнни.
- Не бросай нас здесь! - Прошу, Джон.
- Помоги нам. - Не бросай нас вот так.
- Прошу, не дай им забрать нас. - Джон!
Джон, открой задвижку! Джон!
Джон!
Мы были братьями! Джон!
Джон!